Руководители команд обсудили проблемы Формулы 1

ca07bcb7

Руководители команд Формулы 1 Руководители нескольких команд приняли участие в передаче телеканала Sky Sports, посвящённой важнейшим проблемам современной Формулы 1…

Участниками разговора были Мартин Уитмарш (McLaren), Кристиан Хорнер (Red Bull Racing), Стефано Доменикали (Ferrari), Эрик Булье (Lotus), Сирил Абитебул (Caterham), Мониша Кальтенборн (Sauber), Франц Тост (Toro Rosso) и Грэм Лоудон, президент и спортивный директор Marussia F1.

Вопрос: Вы вместе работаете, часто встречаетесь, принимаете решения о будущем Формулы 1, а затем переманиваете друг у друга гонщиков и инженеров, боретесь на трассе… Как вам это удается? Как можно сотрудничать, чтобы потом стремиться опередить друг друга?
Мартин Уитмарш: Совместная работа не всегда получается успешной, но дело в том, что мы знаем друг друга, много лет работаем вместе и любим Формулу 1. Мне кажется, этот чемпионат важен для каждого из присутствующих здесь, нам нравится этот спорт. На пит-уолл идет борьба, но так и должно быть. Изредка мы взаимодействуем за пределами трассы, но не всегда. Тем не менее, мы искренне стараемся наладить это взаимодействие.

Кристиан Хорнер: В конце концов, мы все здесь, чтобы выполнять свою работу, и каждый несет ответственность за свою команду, стараясь добиться успеха. Но, конечно, бывают времена, когда вы должны работать сообща и контактировать между собой в интересах спорта. Однако в этом бизнесе высокая конкуренция.

Стефано Доменикали: Формула 1 ничем не отличается от других видов спорта. Мы говорим о Формуле 1, но в футболе происходит то же самое. Если сравнивать с тем, что было прежде, по крайней мере, мы знаем, что должны бороться на трассе, однако между нами отличные взаимоотношения, а благоприятная обстановка очень важна.

Вопрос: Эрик, приятно видеть, что вы сидите рядом со Стефано, который совсем недавно переманил лидера вашей команды и подписал с ним контракт на следующий сезон.
Эрик Булье: На самом деле, не только Кими Райкконена, но и нескольких наших инженеров. Впрочем, я тоже переманил одного инженера Ferrari.

Вопрос: Сейчас в Формуле 1 доминирует Себастьян Феттель и скоро завоюет четвертый титул подряд. Это плохо для спорта?
Стефано Доменикали: Мне кажется, это очень плохо для Формулы 1. Нет, разумеется, это шутка! Ferrari тоже находилась в подобной ситуации, когда Михаэль Шумахер выиграл пять титулов подряд – это часть игры. Мы не особенно рады доминированию Феттеля, но мои поздравления Кристиану и Себастьяну – он добился огромного прогресса за последние несколько лет. Если он постоянно оказывается в лидерах, значит, этому есть причина.

Вопрос: Это объясняется тем, что ваши машины, Стефано, Мартин и Эрик, оказались недостаточно конкурентоспособны…
Эрик Булье: Вы правы. Мы должны поздравить Кристиана. Союз Хорнера и Феттеля сложно победить, но мне кажется, даже если к Гран При Сингапура мы поняли, что они намного нас опережают, их успехи всё больше мотивируют нас.

Вопрос: Кристиан, должно быть, вам не нравится, что после столь успешной работы на трассе Себастьяна освистывают на подиуме?
Кристиан Хорнер: Я считаю, что это совершенно несправедливо. В Сингапуре мы увидели спортсмена на пике формы, он был великолепен в том Гран При, это была одна из лучших гонок в его исполнении, поэтому, честно говоря, мне кажется, с ним обошлись несправедливо. Надеюсь, это не будет продолжаться, ведь он не заслужил такого отношения. Ему всего 26 лет, в конце концов, у него есть сердце, а когда вы максимально выкладываетесь, то не ожидаете подобной реакции. Это неправильно.

Вопрос: Мартин, в истории Формулы 1 были времена доминирования McLaren. Что вы думаете об этой ситуации? Должно быть, дома ваши друзья и близкие говорят, что устали от побед Феттеля.
Мартин Уитмарш: Мы постоянно выигрывали гонки с Айртоном Сенной и другими, Ferrari побеждала вместе с Михаэлем Шумахером, но доминирование одной команды – это плохо для спорта. Но проблема не в Себастьяне или Кристиане. Постараться навязать им борьбу – это наша задача.

Если отвечать на вторую часть вопроса, то Себастьян и Red Bull Racing блестяще выполняют свою работу, и я думаю, что мы должны уважать их за это. Жаль, что Феттеля постоянно освистывают.

Вопрос: Поговорим о расходах. В следующем году чемпионат переходит на новые, эффективные, экономичные, но очень дорогие двигатели. В Формуле 1 практически наступил кризис, ведь многие команды не могут позволить себе подобные затраты?
Стефано Доменикали: Мы знаем, что это очень горячая тема, но я скажу, что нельзя ждать, что, условно говоря, команды смогут ограничить расходы: если у вас есть возможность тратить много денег, то вы стараетесь лучше выполнять свою работу, используя все средства, которые только можете потратить. Я могу потратить столько, сколько мне выделит компания. Итак, всё это оборачивается проблемой, требующей решения, и я надеюсь, что благодаря новому Договору Согласия мы сможем найти выход из этой ситуации. Перемены не уменьшают расходы, это точно.

Вопрос: Эрик, в Формуле 1 существуют богатые и бедные команды, Lotus находится посередине. Не стал ли сейчас разрыв слишком большим?
Эрик Булье: Проблема немного сложнее. Прежде всего, мы любим борьбу, поэтому сделаем всё возможное, чтобы сражаться в группе лидеров. Мне кажется, нынешние проблемы в том, что сейчас разница между доходами топ-команд и небольших команд слишком велика. Чтобы оказаться конкурентоспособным, вы должны потратить какой-то минимум средств, чтобы не отстать от лидеров. Бюджет Lotus гораздо меньше, чем у топ-команд, но нам всё равно удаётся бороться и быть конкурентоспособными, а в этом и состоит суть нашего спорта. Действительно, большинство технических нововведений следующего года увеличит расходы, и мы сейчас ищем средства, чтобы сохранить конкурентоспособность.

Вопрос: Одно из решений проблемы – клиентские машины. В Сингапуре вы, Кристиан, сказали, что раздумываете над возможностью продавать шасси Red Bull Racing, так что ваше мнение нам известно. Мартин, вы согласны продавать старые шасси McLaren менее конкурентоспособным командам?
Мартин Уитмарш: Если не ошибаюсь, я уже говорил, что мы готовы к этому. Но на месте организаторов чемпионата я бы не стал предлагать идею клиентских машин, поскольку мне кажется, что она противоречит духу Формулы 1 и положат конец существованию многих команд. В конце концов, это бизнес, и если регламент позволит, мы на это пойдём. Однако вернёмся к нынешней ситуации: нельзя упускать из виду, что сейчас в чемпионате участвуют 11 команд, и мы должны сохранить, по меньшей мере, 10 из них, хотя я надеюсь, что все они останутся в спорте.

Оглядываясь назад, иногда я думаю, что все перемены пошли на пользу спорту. Однако мы допустили несколько ошибок – с переходом на новые моторы нам не удалось в должной мере контролировать расходы, и мне кажется, это дорого обойдется Формуле 1 в следующие полтора года. Кризис еще не начался, но я считаю, что надо быть осторожными и не дожидаться его. Не думаю, что мы сделали достаточно в плане контроля расходов в спорте. В плане финансирования в будущем McLaren ничто не угрожает, но нам нужны и другие команды, важно, чтобы они тоже были конкурентоспособны, а мы, по-моему, сделали недостаточно для контроля за расходами в Формуле 1.

Вопрос: Кристиан, Мартин сказал, что потеряв три или четыре команды, мы можем столкнуться с серьезными проблемами. На официальной пресс-конференции FIA в Force India заявили, что не могут позволить себе проводить тесты. Победы в чемпионате – это хорошо, но вы должны с кем-то бороться…
Кристиан Хорнер: Конечно. Однако всё, что мы сделали, готовясь к следующему сезону, стоит гораздо больше. Новый двигатель гораздо дороже, возвращение тестов по ходу сезона требует больших финансовых затрат. Мы можем контролировать подобные вещи, но не делаем этого, поскольку недостаточно эффективны как объединение команд. Чтобы контролировать эти расходы, нужен сильный лидер.

Вопрос: У вас была Ассоциация команд FOTA.
Кристиан Хорнер: Она не сработала. Она работала в начале, но распалась из-за корыстных интересов соперников, так что сейчас нам нужен сильный лидер. Лично я поддержал идею клиентских машин не из-за желания продавать машины, а в потому, что небольшие команды хотят выжить и бороться за позиции, а не уступать по 5 секунд на круге. К тому же можно продавать шасси без обвеса. Но я думаю, что стоимость участия в Формуле 1 слишком завышена, и я могу только попытаться представить себе, каково это – работать на другом конце пит-лейн.

Вопрос: Можете ли вы позволить себе поставлять бесплатные двигатели Marussia и Sauber?
Стефано Доменикали: К сожалению, нет. Мы не можем производить что-то, что не гарантирует получение прибыли. Мы стараемся помочь небольшим командам. Не забывайте, без Ferrari, Mercedes и Renault не существовала бы Формула 1, поэтому надо признавать заслуги трех этих компаний, поставляющих двигатели всем командам. Крайне важно, чтобы в будущем в Формуле 1 появилось больше поставщиков моторов, чтобы мы получили более широкие возможности. Это именно то, что мне хотелось бы видеть.

Вопрос: Кристиан, не кажется ли вам, что Формула 1 слишком сильно зависит от общественного мнения и слишком пристально следит за своим имиджем? У вас довольно свободная корпоративная политика, но теперь вы стали престижной командой. Многие поддерживают Mercedes, Ferrari и McLaren, а также слабые команды, чтобы досадить лидерам.
Кристиан Хорнер: Мне кажется, популярность Формулы 1 постоянно растет не только на трассе, но и за ее пределами, и людям интересны уникальные личности, неважно, любят они их или ненавидят. Мы никогда не стремились контролировать наших пилотов, они имеют полную свободу высказывать свои мысли. Марк Уэббер, пожалуй, один из самых ярких гонщиков в этом плане, что мы всегда поддерживали. Конечно, Формула 1 – это бизнес, мы путешествуем по всему миру. Это бизнес, который по воскресеньям на два часа становится спортом, и так повторяется от 20 до 22 раз в год. Однако это бизнес!

Вопрос: Мартин, учитывая, что вы упустили Эдриана Ньюи, что лучше: иметь отличного гонщика или великолепного инженера?
Мартин Уитмарш: Нужны оба! Совершенно ясно, что Эдриан великолепно выполняет свою работу в Red Bull Racing, а Себастьян прекрасно справляется со своими обязанностями за рулем. Нужны оба! Вам необходим не просто один инженер – у вас должно быть много талантливых инженеров, ведь это командный спорт. Сейчас в Формуле 1 настолько высок уровень конкуренции, что всё должно быть на высшем уровне.

Вопрос: Давайте поговорим о календаре, предложенном на 2014 год. Насколько он реалистичен? От менеджеров команд на пятничной пресс-конференции мы слышали, что с некоторых трасс будет практически невозможно попасть на место проведения следующей гонки. Что вы скажете о чемпионате, состоящем из 22 этапов?
Франц Тост: Лично для меня это не проблема. В предложенной нам версии календаря 22 этапа, но Нью-Джерси, Мексика и Корея не подтверждены. Значит, надо подождать дальнейшего развития событий.

Но Toro Rosso готова участвовать и в 22 гонках, ведь мы – гоночная команда.

Мониша Кальтенборн: Согласна с Францем в том, что сначала надо дождаться окончательной версии календаря. Но не готова согласиться с тем, что небольшая команда, такая, как наша, легко справится со столь плотным графиком. Главная проблема будет связана с персоналом, поскольку нельзя забывать о человеческом факторе.

Нам придётся не только решать проблемы логистики, но и нанимать новых людей, поскольку мы не сможем задействовать одних и тех же сотрудников на всех гонках, учитывая, что они будут принимать участие в тестах, а также в разных мероприятиях, связанных с маркетингом. Все это вызовет очень серьезные сложности.

Вопрос: Давайте поподробнее поговорим о предложенном календаре сезона. Ожидается, что гонка в Нью-Джерси из него выпадет? Если нет, то насколько реалистичной выглядит связка из трёх гонок подряд – Монако-Нью-Джерси-Канада?
Грэм Лоудон: Как уже сказали Франц и Мониша, чисто технически вопросы логистики решаемы, поскольку оборудование можно перевезти быстро. Но Мониша права, говоря о проблеме человеческого фактора, поскольку инженерам, механикам, и даже журналистам придётся выдержать колоссальные нагрузки.

По-моему, мы должны рассматривать более вероятный сценарий, поскольку он отличается от технически возможного. Думаю, в следующем году надо ждать 20 гонок. Некоторые этапы включены в календарь на предварительных условиях, и я полагаю, велика вероятность, что они отпадут.

Вопрос: Как же тогда составлять бюджет на следующий год, если вы еще не знаете, сколько будет гонок?
Сирил Абитебул: Это хороший момент. О человеческом факторе уже говорили, а это, по-моему, главный вопрос, но, безусловно, экономикой тоже придётся заниматься. Мы понимаем, что увеличение числа гонок приведёт к дополнительным затратам, а в следующем году расходы будут расти и из-за тестов. Но пока мы не можем точно сказать, какими будут финансовые последствия. Надеемся, в итоге мы окажемся в плюсе.

Мы никого не обвиняем, прекрасно понимая, почему Берни Экклстоун хочет расширить географию чемпионата: он стремится к экономическому росту, что вполне нормально для владельца коммерческих прав. Но я думаю, также естественно, что команды хотят взвесить все за и против, плюсы и минусы, связанные с расширением календаря. Боюсь, что при таком графике резко увеличится число разводов!

И если гонок будет больше двадцати, надо бы решить вопрос о шестом двигателе на следующий сезон вместо пяти, оговорённых действующим регламентом. Поскольку мы также должны заниматься модернизацией машины, то в финансовом плане нас ждут серьезные сложности, согласитесь?

Франц Тост: Но чем больше гонок, тем выше доход команд…

Сирил Абитебул: Этого мы пока не знаем!

Франц Тост: Насколько я знаю Берни, так и будет. Я в этом не сомневаюсь.

Вопрос: Если команды получат больше денег – это хорошо. А если нет, то как насчет клиентских машин? Вы поддержали бы такую идею?
Мониша Кальтенборн: Нет. Мы всегда говорили, что не поддерживаем такой подход. Мы считаем, что Формула 1 должна оставаться чемпионатом конструкторов, и в этом её ключевое отличие. Вносить коррективы в основополагающие принципы спорта – значит, изменять Формулу 1. По-моему, у нас великолепный чемпионат, который отличается разнообразием, и в прошлом году мы видели, как нашей небольшой команде удавалось бороться с лидерами – публике это нравится. Если мы начнем подрывать устои, это будет означать изменение всей бизнес-модели, поэтому мы против.

Вопрос: Но ведь столь хорошо организованная команда, как Sauber, при хорошем финансировании смогла бы выставлять на старт клиентские машины, учитывая, что для этого требуется более скромный бюджет, и выступали бы на них, скорее всего, молодые гонщики?
Мониша Кальтенборн: Я в этом не уверена. Прежде всего, в Формуле 1 не должно быть клиентских машин, и я считаю, что становиться на этот путь опасно. Во-вторых , представьте, что будет, если команда, использующая клиентские машины, добьется успеха? Посмотрите на преимущество Red Bull Racing: при действующей системе начисления очков первые четыре места будут доставаться её гонщикам и гонщикам клиентской команды, использующей машины Red Bull. Не думаю, что это удачная идея.

Вопрос: Можете ли вы прокомментировать ситуацию со Стратегической группой Формулы 1 применительно к следующему году? Она состоит лишь из представителей шести топ-команд? И если пойдет речь о введение новых правил, в частности, связанных с клиентскими машинами, то будет ли право голоса у тех, кто занимает боксы на дальнем конце пит-лейн?
Грэм Лоудон: В настоящий момент эта структура ещё не создана. Дискуссий много, разговоров много, но пока такого регулирующего органа нет. Наша точка зрения такова: мы хотим, чтобы появилась некая управленческая структура, которая отражала бы все традиционные ценности нашего спорта, отличаясь прозрачностью, демократичностью, и была бы справедливой по отношению ко всем участникам чемпионата.

Если же говорить о некой структуре, которая будет обслуживать интересы одних команд в ущерб другим, то такому явлению не должно быть места в современном спорте.

Сирил Абитебул: Но существует Комиссия Формулы 1, которая, насколько мне известно, не была реформирована, поэтому должна оставаться на страже общих интересов и не допускать, чтобы развитие спорта пошло по ошибочному пути.

Что касается вопроса о клиентских машинах, то мы все хотим видеть интересное шоу. Лично мне не нравится идея клиентских машин, она не соответствует ни моим представлениям о Формуле 1, ни тем инвестициям, которые делает наша команда. Это будет не тот спорт, который я смотрю с детства. Но надо иметь в виду и другое: если одни команды регулярно проигрывают другим четыре-пять секунд на круге, это не идёт на пользу спорту.

Возможно, клиентские машины нельзя считать правильным решением проблемы, но остаётся вопрос о том, как добиться, чтобы шоу было интересным и рационально организованным.

Вопрос: Поговорим о молодых гонщиках. Франц, вы собираетесь в следующем году включить в основной состав Феликса да Кошту, верно?
Франц Тост: Вероятно, вы знаете больше, чем я. Он один из участников молодёжной программы Red Bull, но будет ли он в следующем году выступать за Toro Rossо, пока не решено.

Вопрос: Но насколько важно приглашать молодых гонщиков? Что интересно, в командах остается ещё немало вакансий на следующий год…
Франц Тост: Согласен. Но сезон ещё не закончен, молодёжные чемпионаты тоже продолжаются. Мы хотим видеть результаты, хотим убедиться, что эти парни умеют выигрывать гонки. И уже потом вместе с Red Bull мы решим, кто будет выступать в Toro Rosso.

Вопрос: В Формуле 1 должны выступать самые быстрые гонщики, а не самые богатые. Это же ужасно, что места в командах достаются рента-драйверам?
Грэм Лоудон: По-моему, в истории Формулы 1 всегда были такие гонщики, которых поддерживали различные финансовые структуры, и так далее. Мне кажется, сам факт, что сейчас тема рента-драйверов обсуждается намного более активно, прежде всего, отражает бизнес-модель нашего спорта. Формула 1 становится слишком дорогой. Любая отрасль, в которой расходы растут, а доходы падают, неизбежно сталкивается с проблемами.

Думаю, это как с дискуссией о клиентских машинах… Их введение нельзя считать правильным решением, и всё это лишь подтверждает наличие фундаментальной проблемы, которой надо заниматься сообща. И состоит она в следующем: как сделать спорт экономически стабильным и обеспечить его реальный рост, чтобы Формула 1 была такой, какой она и должна быть.